Нечисть болотная или жители трясин. Часть 2

Нечисть болотная или жители трясин. Часть 2

Нечисть болотная или жители трясин. Часть 2
Горько оплакивая сына, колдунья прокляла все озера, в которых когда-либо гинули люди, после чего их чистая вода загнила, а ровная поверхность застлалась густой тиной.

Однако, исполнивши волю неутешной матери, Боги наказали и ее саму, обратив ведьму камень, который обречен стоять несколько столетий у края болота, которое, будучи озером, отобрало у нее сына.

Стоит оговориться, что не все народы смотрят на болота отрицательно. Так, древние манси и ханты считали, что изначально земля была большущим смердящим болотом или как они еще ее называли «жидкой водой». Именно «жидкая вода» по их версии породила твердую почву, растения, человека, животных.

В любом случае болотные топи до наших дней пугают людей, внушая им отвращение и страх, и считаются излюбленными местами нечистой силы.

Чур меня!

Нечисть болотная или жители трясин. Часть 2

Если принимать на веру древние предания — вся без исключения нечистая сила относится к болотам с почтением, а некоторые ее представители имеют в болоте непрерывную «прописку».

«Во главе» сонма болотных чудищ болотник – равноправный властелин трясины. Бедным путникам, заблудшим в лесу, он представляется голым старичком с огромным брюхом, раздутым лицом и лягушачьими лапками. Главным отличием болотника от его лесных «коллег» — банников, водяных и леших, является его характерное «чувство юмора», посредством которого он глумится над людьми, случайно забредшими в лесу.

Очень часто хозяин трясины прикидывается кочкой, подставляя спину смертному, который пресекает болото. Как только странник ступает на этот, на первый взгляд надежный бугорок, опора внезапно исчезает из-под стопы и бедняга проваливается в зловонную жижу. В этот момент болотник ловит жертву за ноги и начинает топить в засасывающей трясине.

Второй не менее коварный способ развлечения болотника – это его слабость к перевоплощениям. В былые времена владелец топей выходил к людям, пришедшим за ягодами да грибами в облике благочестивого старика-пустынника, обвешанного веригами.